Грустные стихи

Грустные стихи

Содержание страницы:

  1. Я вас любил
  2. На заре
  3. Бабий Яр

Грустные стихотворения классиков наполнены вселенской печалью и терпкой горечью. Но у каждого поэта грусть имеет сотни разнообразных оттенков и полутонов. Иногда это невыносимое чувство, которое охватывает лирического героя, сравнимо с затяжной депрессией без какой-либо надежды на светлое будущее. Грустные стихи.

У других авторов прослеживается добрая и слегка невинная грусть о несбывшейся любви или ушедшем человеке. Каждый поэт грустит по-своему, но именно через такие произведения он обнажает свое настоящее нутро. Читайте еще: Федор Тютчев стихи о любви.

Афанасий Фет — Осень

Афанасий Фет — Осень

Как грустны сумрачные дни
Беззвучной осени и хладной!
Какой истомой безотрадной
К нам в душу просятся они!

Но есть и дни, когда в крови
Золотолиственных уборов
Горящих осень ищет взоров
И знойных прихотей любви.

Молчит стыдливая печаль,
Лишь вызывающее слышно,
И, замирающей так пышно,
Ей ничего уже не жаль.

Анализ стихотворения

Творчество А. Фета в основном связано с чувством восторга перед природой. Резким отличием является стихотворение «Осень», написанное в 1883 г. Поэт в это время был уже в преклонном возрасте, поэтому воспринимал жизнь как медленное угасание.

В прошлом остались любовные увлечения, поражения и победы. Фет добился благополучия и известности. Лучшие годы уже были позади, оставалось спокойно воспринимать старость, подводить итоговую черту под своей жизнью.

Первая строфа стихотворения проникнута ощущениями тоски и печали. Холодная и равнодушная осень невероятно грустна. Хмурые осенние дни неспособны вызвать радость в сердце. То же самое чувствует человек в старости.

Его ощущения притупились, ничто не вызывает в нем счастья. Он уже давно расстался со всеми надеждами и мечтами и ничего не ждет от будущего. Фет всегда славился тонким восприятием и описанием природных звуков. Но в этом случае поражает использованный им эпитет – «беззвучная».

Во второй строфе Фет все же признает, что и осенью бывают прекрасные дни, которые можно сравнить с поздней человеческой любовью. Красота в этот период уже увядающая, но в этом и заключается ее ценность. Последние теплые дни, как и вспышка страсти, позволяют человеку еще раз ощутить полноту своей жизни.

Третья строфа подводит к окончательному заключению. Кратковременное возрождение чувств уже не может обмануть человека. Все равно последним его ощущением будет «стыдливая печаль». Возникает единственный звук в стихотворении, произведенный «вызывающим». Неопределенность этого понятия означает, по сути, холодное равнодушие автора, которому, как и печали, «ничего уже не жаль».

Размер стихотворения – четырехстопный ямб. Он идеально подходит для описания печального размышления на закате дней. Эмоциональность постепенно нарастает, но в третьей строфе автор переходит на умеренный ритм.

Первая и вторая строфы построены на контрасте применяемых эпитетов («сумрачные», «безотрадной» — «золотолиственных», «знойных»). Автор широко использует олицетворения («дни… просятся», «молчит… печаль»).

В стихотворении нет четкой сюжетной линии, оно представляет собой отдельные отрывки впечатлений и чувств. Автор словно бы предлагает читателю самому представить недостающие детали. Старость предоставит каждому человеку бездну времени для такого анализа.

Александр Пушкин — Я вас любил, любовь еще, быть может

Александр Пушкин — Я вас любил, любовь еще, быть может

Я вас любил: любовь еще, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим.

Анализ стихотворения

Перу великого поэта принадлежит множество стихотворений, посвященных женщинам, в которых он был влюблен. Известна дата создания произведения «Я вас любил…» — 1829 г. Но до сих пор не прекращаются споры литературоведов о том, кому оно было посвящено. Существуют две основные версии. По одной это была польская княжна К. Сабаньская.

Вторая версия называет графиню А. А. Оленину. К обеим женщинам Пушкин испытывал очень сильное влечение, но ни та, ни другая не ответили на его ухаживания. В 1829 г. поэт делает предложение своей будущей жене – Н. Гончаровой. В результате появляется стих, посвященный прошлому увлечению.

Стихотворение является образцом художественного описания неразделенной любви. Пушкин рассказывает о ней в прошедшем времени. Годы не смогли полностью изгладить из памяти восторженное сильное чувство. Оно до сих пор дает о себе знать («любовь… угасла не совсем»). Когда-то она причиняла поэту невыносимые страдания, сменяясь «то робостью, то ревностью». Постепенно пожар в груди угас, остались лишь тлеющие угольки.

Можно предположить, что в свое время ухаживания Пушкина были довольно настойчивыми. В настоящий момент он словно извиняется перед бывшей возлюбленной и уверяет, что теперь она может быть спокойна. В подкрепление своих слов он добавляет, что остатки былого чувства перешли в дружбу. Поэт искренно желает женщине найти свой идеал мужчины, который будет любить ее так же сильно и нежно.

Стихотворение представляет собой страстный монолог лирического героя. Поэт рассказывает о самых сокровенных движениях своей души. Многократное повторение фразы «я вас любил» подчеркивает боль от несбывшихся надежд. Частое использование местоимения «я» делает произведение очень интимным, обнажает личность автора перед читателем.

Пушкин сознательно не упоминает о каких-либо физических или нравственных достоинствах своей возлюбленной. Перед нами лишь бесплотный образ, недоступный восприятию простых смертных. Поэт боготворит эту женщину и не допускает к ней никого даже через строки стихотворения.

Произведение «Я вас любил…» — одно из сильнейших в русской любовной лирике. Его главное достоинство – сжатое изложение с невероятно богатым смысловым содержанием. Стих с восторгом был встречен современниками и неоднократно перекладывался на музыку известными композиторами.

Александр Блок — О доблестях, о подвигах, о славе

Александр Блок — О доблестях, о подвигах, о славе

О доблестях, о подвигах, о славе
Я забывал на горестной земле,
Когда твое лицо в простой оправе
Перед мной сияло на столе.

Но час настал, и ты ушла из дому.
Я бросил в ночь заветное кольцо.
Ты отдала свою судьбу другому,
И я забыл прекрасное лицо.

Летели дни, крутясь проклятым роем…
Вино и страсть терзали жизнь мою…
И вспомнил я тебя пред аналоем,
И звал тебя, как молодость свою…

Я звал тебя, но ты не оглянулась,
Я слезы лил, но ты не снизошла.
Ты в синий плащ печально завернулась,
В сырую ночь ты из дому ушла.

Не знаю, где приют твоей гордыне
Ты, милая, ты, нежная, нашла…
Я крепко сплю, мне снится плащ твой синий,
В котором ты в сырую ночь ушла…

Уж не мечтать о нежности, о славе,
Все миновалось, молодость прошла!
Твое лицо в его простой оправе
Своей рукой убрал я со стола.

Анализ стихотворения

Стихотворение Блока «О доблестях, о подвигах, о славе…» относится к любовной лирике поэта. Оно посвящено реальному событию в жизни. Блок написал его в 1908 г., сразу же после того, как его покинула жена. Следует заметить, что их отношения были очень странными. Супруга поэта, Л. Менделеева, была актрисой, что накладывало очень большой отпечаток на ее жизнь.

Между творческими людьми редко складываются прочные семейные отношения. Бурная жизнь постоянно толкает их на поиски новых сильных впечатлений. Так и произошло в семье Блока. Менделеева покинула его ради другого поэта – А. Белого. Блок тяжело переживал измену жены, которая долгое время была для него творческой музой.

В стихотворении чувствуется глубокое личное переживание автора. Он не использует сложную символику, присущую его раннему творчеству. За каждой строчкой ощущается боль обманутого человека. Образ «лица в простой оправе» — портрет жены, который постоянно находился на рабочем столе поэта. В нем он находил источник своего вдохновения.

Первое время после измены жены автор был во власти охватившей его злобы и непонимания. Он выбрасывает «заветное кольцо» и уверяет себя, что навсегда забыл о неблагодарной женщине. Лирический герой ищет выхода в «вине и страсти». Но постепенно его захлестывают воспоминания о счастливом прошлом. Брак был заключен в раннем возрасте, поэтому измена жены ассоциируется у Блока с потерей молодости.

Поэт пытается вернуть любимую. Но его мольбы и слезы остается без ответа. Здесь появляется еще один символ произведения – «синий плащ», в котором жена ушла из дома. В душе Блока уже нет злобы, он обращается к бывшей супруге с ласковыми словами: «милая, нежная». Даже во сне его постоянно преследует образ «синего плаща», который в одну ночь переломил надвое всю жизнь поэта.

Стихотворение завершается признанием того, что и молодость и любовь безвозвратно прошли. Беззаботные мечты навсегда покинули поэта. Символическим прощальным действием становится очищение стола от «лица в простой оправе».

Произведение все же не стало финальной точкой. Поддавшись на мольбы Блока, жена вернулась к нему, но вновь ушла через какое-то время. До самой смерти поэта продолжались эти загадочные отношения. Он сам, разуверившись в чистой любви, заводил кратковременные романы. Но первая жена навсегда осталась для него символом первой непорочной любви.

Афанасий Фет — На заре ты её не буди

Афанасий Фет — На заре ты её не буди

На заре ты её не буди,
На заре она сладко так спит;
Утро дышит у ней на груди,
Ярко пышет на ямках ланит.

И подушка ее горяча,
И горяч утомительный сон,
И, чернеясь, бегут на плеча
Косы лентой с обеих сторон.

А вчера у окна ввечеру
Долго-долго сидела она
И следила по тучам игру,
Что, скользя, затевала луна.

И чем ярче играла луна,
И чем громче свистал соловей,
Все бледней становилась она,
Сердце билось больней и больней.

Оттого-то на юной груди,
На ланитах так утро горит.
Не буди ж ты ее, не буди…
На заре она сладко так спит!

Анализ стихотворения

Стихотворение «На заре ты ее не буди…» стало очень популярным и красивым романсом. В сознании большинства читателей и слушателей оно воспринимается как прекрасное произведение о любви. Но немногие знают, что оно было написано Фетом по поводу очень трагической ситуации. В 1842 г. поэт ночевал у своих друзей.

В их доме поселилось страшное горе: от неизлечимой болезни умирала маленькая дочь. Фет принял это известие очень близко к сердцу. Под свежим впечатлением он создал удивительно проникновенные строки, за которыми скрыта искренняя боль за судьбу невинного ребенка.

Люди, находящиеся на краю смерти, находят забвение от страданий только во сне. В спящем состоянии они предстают перед окружающими в своем прежнем облике, который еще не обезображен болезнью.

Считается, что Фет обращается к убитой горем матери с просьбой не прерывать сна девочки. Пробуждение вернет ее к суровой действительности. А во сне она уносится в неведомые страны, где ей уже никогда не суждено побывать. В это время девочка переживает настоящее счастье. Поэт призывает просто полюбоваться на нее, ведь этот сон вполне может стать последним.

Фет вспоминает состояние девочки в прошедший вечер. Он традиционно сравнивает его с самой природой. Вероятно, малышке уже запрещено выходить на улицу, поэтому ей остается лишь «долго-долго» сидеть у окна.

Окно становится для девочки единственным и последним звеном, связывающим ее с огромным непознанным миром. «Игра луны» и «свист соловья» для умирающей наполнены глубоким смыслом. Жизнь в природе продолжается и зовет к себе девочку. В ней оживают нерастраченные юные силы и надежды. Но чрезмерное волнение усугубляет ее состояние: девочка еще больше бледнеет, у нее усиливается сердцебиение.

Бурлящая в природе жизнь невольно приближает смерть несчастной. Поэт возмущен этим трагическим несоответствием, но признает свое бессилие перед фактом. Боли в груди долгое время не дают девочке покоя. Долгожданный сон становится для нее лучшим лекарством.

В финале Фет повторяет свой призыв к безутешной матери. Родителям остается уповать лишь на помощь Бога и благодарить его за те последние счастливые мгновенья, которые он подарил их дочери.

По неподтвержденным сведениям современников девочка умерла во сне. Для нее это был лучший и самый безболезненный выход. Незаслуженную смерть малышка встретила с улыбкой на губах, находясь в счастливом и таинственном мире сновидений.

Евгений Евтушенко — Бабий Яр

Евгений Евтушенко — Бабий Яр

Над Бабьим Яром памятников нет.
Крутой обрыв, как грубое надгробье.
Мне страшно.
Мне сегодня столько лет,
как самому еврейскому народу.

Мне кажется сейчас —
я иудей.
Вот я бреду по древнему Египту.
А вот я, на кресте распятый, гибну,
и до сих пор на мне — следы гвоздей.
Мне кажется, что Дрейфус —
это я.
Мещанство —
мой доносчик и судья.
Я за решеткой.
Я попал в кольцо.
Затравленный,
оплеванный,
оболганный.

И дамочки с брюссельскими оборками,
визжа, зонтами тычут мне в лицо.
Мне кажется —
я мальчик в Белостоке.
Кровь льется, растекаясь по полам.
Бесчинствуют вожди трактирной стойки
и пахнут водкой с луком пополам.
Я, сапогом отброшенный, бессилен.
Напрасно я погромщиков молю.

Под гогот:
«Бей жидов, спасай Россию!»-
насилует лабазник мать мою.
О, русский мой народ! —
Я знаю —
ты
По сущности интернационален.
Но часто те, чьи руки нечисты,
твоим чистейшим именем бряцали.
Я знаю доброту твоей земли.

Как подло,
что, и жилочкой не дрогнув,
антисемиты пышно нарекли
себя «Союзом русского народа»!
Мне кажется —
я — это Анна Франк,
прозрачная,
как веточка в апреле.
И я люблю.
И мне не надо фраз.

Мне надо,
чтоб друг в друга мы смотрели.
Как мало можно видеть,
обонять!
Нельзя нам листьев
и нельзя нам неба.
Но можно очень много —
это нежно
друг друга в темной комнате обнять.
Сюда идут?
Не бойся — это гулы
самой весны —
она сюда идет.
Иди ко мне.
Дай мне скорее губы.
Ломают дверь?
Нет — это ледоход…

Над Бабьим Яром шелест диких трав.
Деревья смотрят грозно,
по-судейски.
Все молча здесь кричит,
и, шапку сняв,
я чувствую,
как медленно седею.
И сам я,
как сплошной беззвучный крик,
над тысячами тысяч погребенных.

Я —
каждый здесь расстрелянный старик.
Я —
каждый здесь расстрелянный ребенок.
Ничто во мне
про это не забудет!
«Интернационал»
пусть прогремит,
когда навеки похоронен будет
последний на земле антисемит.
Еврейской крови нет в крови моей.
Но ненавистен злобой заскорузлой
я всем антисемитам,
как еврей,
и потому —
я настоящий русский!

Анализ поэмы

Евгений Евтушенко, советский поэт, посвятил свое произведение трагедии, произошедшей в Бабьем Яру. Автора потряс не только масштаб жестокости нацистов, но и умышленное замалчивание этих событий. Поэма стала своеобразным протестом против политики Советов и игнорирования Холокоста и травли евреев.

В июне 1941 года, когда войска Германии захватили Киев, советские партизаны устроили взрыв в пункте командования нацистов. Так как уже тогда была пропаганда арийской расы, в гибели немецких военных обвинили евреев.

Всех представителей этого народа согнали в овраг, носивший имя Бабий Яр, заставили раздеться и расстреляли. По документам тех времен, за день были убиты 34 тысячи человек, в том числе женщины, дети и старики.

Политика уничтожения евреев продолжалась еще несколько месяцев. Фашисты убивали всех, кого подозревали в сокрытии и принадлежности к еврейскому народу. Много лет советская власть не признавала события сорок первого года частью Холокоста.

Поэма была написана в 1961 году и была переведена на 72 языка. В ней резко осуждались расизм и преследование евреев. Евгений Александрович был также потрясен состоянием огромной братской могилы — место гибели тысяч людей превратилось в свалку.

Он писал:

«Над Бабьим Яром памятников нет.
Крутой обрыв, как грубое надгробье.»

Помимо выявления антисемитских проблем в СССР, автор поднимает тему бюрократии и нежелания признавать проблемы верхушки власти. За это его обвинили в предвзятом отношении и нелюбви к русскому народу. Ведь из-за гонений на евреев погибли также и советские граждане, которых уличили в связях с семитами.

В целом, стихотворение вызывает двойственные ощущения — с одной стороны, идет явная пропаганда защиты конкретного народа. При этом трагедии и подвиги советского народа в годы Великой Отечественной войны как бы принижаются, становятся неважными и не страшными.

«Мне кажется сейчас —
я иудей.
Вот я бреду по древнему Египту.
А вот я, на кресте распятый, гибну,
и до сих пор на мне — следы гвоздей.
Мне кажется, что Дрейфус —
это я.»

Эти слова ярко описывают состояние поэта, воспринимающего случившееся в Бабьем Яре как личное горе. Но не следует забывать, что родители Евтушенко ушли на фронт, а сам он видел страдания всех людей, но упомянуть в своем стихотворении об этом забыл. Читайте еще: Стихи Владимира Высоцкого.

Прочтение поэмы оставляет горькое послевкусие и совсем не лишний раз напоминает о том, что нет народов главней. Те, кто об этом забывают, становятся примерно на один уровень с фашистами, которые убивали женщин и детей в далеком 1941 году.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *